Двенадцать месяцев года на Понте

Чёрное мореНа Понте у каждого месяца было своё наименование. Некоторые названия совпадали с общепринятыми греческими, а некоторые в корне отличались, но для каждого наименования существовало соответствующее объяснение.

Так, приход весны в марте (Мартс) оповещали ласточки, от пения которых таял снег: «Ο Μάρτς φέρ’ τα χελιδόνα. Κελαδούν και λύν’ τα χιόνα».

В марте небо всё ещё затянуто тучами, и часто накрапывает дождь, поэтому для этого месяца характерна «плаксивая» погода: «о Μάρτς τσίλ…τσίλ…τσιλτσιλίζ».

В апреле (Априлтс) на лесных пригорках уже цветут фиалки (τα μανουσάκια). Однако, погода ещё не устойчива, поэтому понтийцы говорят, что апрель то приходит, то уходит - то плачет, то смеётся: «Απρίλτς έρται και περά - Τ' άλλο κλαίει τ’ ‘άλλο γελά».

И только в мае устанавливаются погожие дни: солнце ласковое, воздух полон опьяняющих ароматов, поэтому и месяц получил наименование Καλομηνάς (Каломинас): «Έρθεν ο Καλομηνάς, γάλαν φά όνταν πεινάς» (с приходом мая, как только проголодаешься, напейся вдоволь молока). 

Июнь был назван Κερασινός (Керасинос) в связи с первым летним фруктом - черешней. Не случайно у понтийцев красивой считалась девушка, у которой была алебастровая нежная кожа и ярко-розовые щёки, как у созревшей белой черешни (ασπροκέρασο) с «черешневыми» губами - κερασόχειλα.

Июнь (Илон) - это месяц первых фруктов: «Ο Κερασινόν φέρ’ τον ήλον. Κοκκινίζ κ΄εφταϊ - σε μήλον» (июнь приносит с собой солнце и делает тебя розовощёким, словно наливное яблочко).

В июле приходит пора сенокоса не только трав, но и злаковых культур, поэтому его и называли Χορτοθέρτς (Хартофертс) или Θερνόν (Фернон).

С июлем всем на радость наступает пора сенокоса -  «Ο Θερνόν πα φέρ’ το θέρος και  όλ’ στέκνε με το γέλος», а вот «O Άγουστος φέρ’ τα’ αλώνια - Και τελέν’ όλα τα πόνα» (в августе приходит время для обмолота пшеницы - и всем заботам конец). Дело в том, что, помимо этого, именно в августе (Агустос) проходил основной сбор урожая фундукового ореха, в выращивании которого понтийцы считались первыми, а также в это премя заканчивался и сбор табака. Общеизвестен тот факт, что табаководы Понта славились не только как профессиональные мастера в выращивании табачного листа, но и как успешные торговцы табаком.  Так, в царской России греков называли «королями табака» и «королями пшеницы», поэтому и России, по сути, принадлежала монополия по скупке пшеницы с Понта.

Сентябрь получил своё имя Σταυρίτες (Ставритес) от Воздвижения 14 сентября Честного Креста. Кроме того, это было время, когда планировались все необходимые зимние работы. А, если учесть, что такие деревни, как Периадрис и Зиганас, из-за больших снегов зимой были отрезаны от Трапезунда, то, в сущности, в сентябре заготавливались и все основные припасы на зиму: «Ο Σταυρίτες ρούζ τα φύλλα και ξεραίν’ όλα τα ξύλα» (сентябрь сбрасывает листья и сушит все дрова).

Октябрь (Тригоминас) - Τρυγομηνάς - это пора, когда шёл сбор не только винограда (τρύγος), но и собирались последние арбузы, каштаны, маслины, сладкие тыквы-кастаницы (καστανίτσες), а также заготавливались на зиму сухофрукты (τσίρα). По мнению понтийцев, «Σον τρυγομηνάν τρυγϊ-εις - Έναν σπέρτς, και δέκα πέρτς» (В октябре всё соберёшь - Одно посеешь - десять пожнёшь).

Последний осенний месяц, ноябрь (Аергитес) - Αεργίτες, характерен резкими порывами ветра и частыми бурями, вследствие чего поднимался уровень воды в реках, затапливая все окрестности. Нередкие потопы и наводнения служили причиной  многих смертельных случаев, поэтому в народе говорили, что ноябрь бездумно топит всех, кто попадается ему на пути:«Αεργίτες κι νουνίζ όποιον ευρίκ’ φουρκίζ». Правда, считалось, что наводнения страшны тем, кто не проявляет своего благочестия по отношению к святому Георгию - Αεγιώργη, от имени которого и получил месяц своё  название.

И, наконец, зимние месяцы. Последний месяц года назывался в честь рождения Христа – Χριστανάρτς (Христанартс). Уже в начале зимы декабрь щедро «одаривал» холодом: «Ο Χριστιανάρτς φέρ’ τον κρύον σαν εκείνον π’ εχ τον βίον» (Христанартс приносит холод подобно богачу). В первой декаде месяца, как и сегодня, один за другим шли три святых праздника - святой Варвары, святого Саввы и Николая: «Άε Βαρβάρα φύσα - Άε Σάββα τούφσον - Άε Νικόλα χιόντσον» (Святая Варвара - дуй, святой Николай - сбереги, святой Николай -выпали снегом). Уже в декабре начинались первые зимние посиделки – паракатья (παρακάθια). В зимнюю стужу и непогоду собирались вечерами то в одном, то в другом доме по соседству, чтобы поговорить, пошутить, сказки сказать - одним словом, скоротать нескончаемый длинный зимний ваечер.

Накануне Рождества, в Сочельник, взрослые и малыши обходили соседние приходы, приветствуя день Рождества Христова псалмами на греческом языке «Καλήν εσπέραν, Άρχοντες» и «Χριστούγεννα-Πρωτούγεννα» или «Χριστός γεννέθεν, χαρά σον κόσμον» - на понтийском диалекте. Очень немногие пели на арабском «Ιράκ τουρ Σαμούν Γιολαρή» - о начале пути трёх магов из Сирии.

Поскольку многие понтийские деревни находились высоко в горах, где в зимнюю пору стоял сильный мороз, да и темнело очень рано, обычно колядовали в течение светового дня. Как правило, колядование сопровождалось игрой на понтийской лире (кемендже). Кроме того, колядующие носили с собой нарядный кораблик из картона и дерева, изнутри освещаемый горящей свечой. 

Рождественское дерево составлялось из веток маслины, которое украшалось фундуковыми орешками, при этом выбирался плод с маленькой расщелиной в скорлупе, за которую орешек и цеплялся на ветку.

Январь –Καλαντάρτς (Каландартс) - получил своё название от колядок (κάλαντα). И не случайно, потому что в этом месяце колядовали и на Новый год, и на Крещение. Так, накануне Нового года пели:

Αρχιμηνιά κι αρχιχρονιά, ψηλή μου δεντρολιβανιά
κι αρχή, κι αρχή καλός μας χρόνος,
εκκλησιά, εκκλησιά με τ΄ άγιο θρόνος.

Αρχή που βγήκε ο Χριστός, Άγιος και πνευματικός,
στη γη, στη γη να περπατήσει
και να μας, και να μας καλοκαρδίσει.

Άγιος Βασίλης έρχεται, άρχοντες το κατέχετε,
από, από την Καισαρεία, ζησ΄ αρχό, ζήσ' αρχόντισσα κυρία.
Βαστάει εικόνα και χαρτί, με το Χριστό το Λυτρωτή,
χαρτί, χαρτί και καλαμάρι, δες και με, δες κι εμέ το παλικάρι.

Σ΄ αυτό το σπίτι που ΄ρθαμε, πέτρα, πέτρα να μη ραγίσει
κι ο νοικοκύρης του σπιτιού, χίλια, χίλια χρόνια να ζήσει.
Και του χρόνου !

Колядующие получали в награду, в зависимости от места проживания, фрукты, грецкие и фундуковые орехи, изюм и многое другое. Так, в Санте, где было мало фруктовых деревьев, давали даже маленькие сладкие чуреки - колофа (κολόθα).

В день Крещения, когда калитки домов то и дело открывались (с характерным скрипом) для  колядующих (σήμερα τα Φώτα γαργαρίζ η πόρτα), пели:

Σήμερα τα Φώτα κι οι φωτισμοί
και χαρές μεγάλες και αγιασμοί.
Κάτω στον Ιορδάνη τον ποταμό,
κάθεται η Κυρά μας η Παναγιά.
Σπάργανα βαστάει, κερί κρατεί
και τον Αϊ - Γιάννη παρακαλεί:
-Άγιε Γιάννη Αφέντη και Βαπτιστή,
δύνασαι βαπτίσεις Θεού παιδί;

-Δύναμαι και θέλω και προσκυνώ
και τον Κύριό μου παρακαλώ.
Ν΄ ανέβω πάνω στον ουρανό,
Να μαζέψω ρόδα και λίβανο.
-Άγιε Γιάννη Αφέντη και Βαπτιστή,
έλα να βαπτίσεις Θεού παιδί.
Ν΄ αγιαστούν οι κάμποι και τα νερά,
Ν΄ αγιαστεί κι ο αφέντης με την κυρά.

А в конце обычно добавляли:
«σφάξαμε τον πετεινό, είδαμε τα Φώτα,
δώστε μας το μπαξίσι μας, να πάμε σ' άλλη πόρτα» (свернули голову мы петуху, увидели Крещение, дайте нам наши «чаевые», чтобы мы постучались в следующие двери»).

В этот день все шли к берегу моря или реки, чтобы присутствовать на церемонии освящения воды. По традиции, в этот день ели пейнерли.

Кроме того, с Рождества Христова по Крещение дома обходили переодетые Момогери (μωμόγεροι).

Понтийцы - народ не только весёлый и шутливый, но и очень влюбчивый, поэтому приход Нового года был одним из поводов поцеловать свою избранницу: «Καλαντάρτς καλή χρονιά, κόρ’ έλ΄ας φιλώ σε μίαν » (С января и славный год: выйди, дева, поцелую тебя разок»).

Февраль получил своё название Κούντουρον (Кундурон) из-за своего «куцого хвоста»: «Ο Κούντουρον εν’ λειφτός εν ολίγον και ζαντός» (февралю дней не хватает, вот ему и «не хватает»).

Во многих местах Понта, особенно во внутренней его части, крыши домов были плоскими, так что падающий снег ложился на кровлю толстым слоем. На уборку снега выходили все хозяйки (οι’ κοδέσπενες), расчищая крышу от  снежного покрова лопатами. Эти дни превращались в настоящий праздник: женщины перебрасывались друг с другом шутками, прибаутками, частушками, которые сочинялись ими экспромтом, тут же. Вся округа оглашалась их задорными и весёлыми голосами. Понтийцы испокон веков отличались не просто трудолюбием, а умением во всём видеть проявление Любви, которое  и является умением ЖИТЬ!

В феврале начиналась подготовка полей и сельскохозяйственных угодий к предстоящей весенней обработке.

А в марте жизнь вновь выливалась в бутоны, чтобы потом налиться сочными плодами очередного осеннего сбора - кладовым запасом следующего зимнего периода. И так из года в год…

Κάλαντα και καλόν καιρόν! Καλόν κ’ ευλογημένον!